Летела по свету Пушинка.

Это была волшебная пушинка, она могла возвращать то, что потерялось.

Летела Пушинка по свету и села на голову корове. А данная корова единственно что потеряла за последние пять минут, так это свою коровью лепешку.

И тут же благодаря Пушинке корова нашла свою лепешку и вступила в нее копытом, и ничего хорошего не произошло: не все, что мы потеряли, нам нужно!

В следующий раз Пушинка села на голову человеку, который потерял ключ от квартиры.

Этот человек уже шел покупать новый замок, потому что слесарь взломал старый замок и испортил дверь.

Пока что дверь заколотили кривым гвоздем.

Придя за новым замком в магазин, человек благодаря Пушинке нашел старый ключ в кошельке, куда полез за деньгами, и очень стал ругаться.

Опять ничего хорошего не вышло.

Пушинка тогда снялась с головы ругающегося человека и спустя час села на плечо к старушке, которая пришла из магазина, стала снимать обувь и обнаружила , что на одном ее валенке нет калоши.

Старушка в сердцах выкинула оставшуюся калошу в мусоропровод, а затем надела парадные сапоги.

Выйдя в сапогах из дому, старушка благодаря Пушинке обнаружила предыдущую калошу прямо посреди двора, где из-за нее дрались собаки, и старушка, с боем отобрав у них почти целую калошу, чуть не заплакала о предыдущей калоше, которую она выкинула.

Тут она пошла к уборщице ругаться, чтобы ей дали ключ от мусоропровода – искать калошу номер один, и на этом Пушинка ее оставила.

Опять ничего хорошего не получилось.

После этого Пушинка плюнула и двинула на вокзал, где, как известно, многие люди теряют то одно, то другое, и за короткое время там нашлось два пистолета, вставная челюсть и подушка, а затем вдруг один муж нашел свою жену, которую ему совершенно не хотелось в данный момент видеть, потому что он приехал из отпуска не один; муж получил от жены свою оплеуху, и ничего путного из этого не образовалось.

Но затем Пушинка села на плечо одной мамаше, и она нашла своего ребеночка, и вот тут начался всеобщий праздник, и плакали от счастья даже сотрудники детской комнаты милиции, где этот ребеночек провел последние два часа и сломал там компьютер, мусорную корзину, замок несгораемого шкафа и козырек фуражки, которую тетя милиционер уронила впопыхах с головы.

Так что все кончилось прекрасно.

Автор: Владимир Гуриев

В первый раз я столкнулся с абсурдными мерами безопасности лет пять назад. В аэропорту «Домодедово» всех пассажиров внутреннего рейса (среди которых был и я) выстроили в очередь, чтобы переписать от руки наши паспортные данные и снять каждого на видеокамеру. Дело было то ли после очередного теракта, то ли после неудачной попытки теракта, и рвение властей можно было бы понять, если бы не одно «но». Проверка проводилась после приземления. Я до сих пор не понимаю смысла этой длительной – поди-ка перепиши двести человек – и почти болезненной для изголодавшихся курильщиков процедуры, но через год после первого инцидента проверяющих стало больше, а пассажиры струились уже в две очереди, а еще через пару лет постпроверки прекратились.

А СУДЬИ КТО?

Нашим постоянным читателям (и уж точно – читателям колонки Берда Киви) представлять Брюса Шнайера, конечно, не нужно. Тем не менее приличия обязывают. Итак, Брюс Шнайер: известнейший специалист по криптографии, компьютерной безопасности, а последние несколько лет – и безопасности вообще. Автор нескольких книг, сотен статей, а в свободное от размышлений о безопасности время еще и популярный ресторанный критик

В России крепки традиции выстраивания декоративной, отрицающей как прошлое, так и настоящее, реальности (я уж не рискую упоминать потемкинские деревни, помня раздраженное письмо читательницы "КТ"). Но охватившее службы безопасности аэропортов безумие интернационально. С моим приятелем перед каждым полетом проводят дополнительное собеседование только потому, что он родился в Грозном. Он не участвовал в чеченской войне. Он давно живет в Москве. У него хорошая работа. Он уехал еще из советского Грозного в начале восьмидесятых. И он не чеченец (я понимаю, что последнее уточнение звучит оскорбительно, и упоминаю об этом только потому, что, будь он чеченцем, здесь была бы – пусть ксенофобская, но – логика). Тем не менее каждый раз перед вылетом к нему подходит строгого вида человек и просит "пройти для беседы". Если вы думаете, что застрахованы от проявлений подобной паранойи лишь потому, что имели счастье родиться в Тамбове, Курске или Вологде, вы ошибаетесь. В маленьком лос-анжелесском аэропорту мне перетряхнули всю ручную кладь, вплоть до подкладки, только из-за того, что я русский (причину я знаю точно, так как девушка, выдававшая посадочные талоны, при мне сообщила в службу безопасности о двух подозрительных субъектах с красными паспортами).

Тому, что происходит со службами безопасности по всему миру, название давно уже придумано. Это истерика. Конечно, если вам нужна иллюзия безопасности, вы можете считать, что изъятие женских пилочек и маникюрных ножниц – действенная контртеррористическая мера, но я не очень понимаю, в чем ее эффективность, если в бизнес-классе – а когда повезет, то и в экономе, – к обеду приносят металлические столовые приборы. Многие контртеррористические инициативы столь абсурдны, что их невозможно объяснить сознательной лакировкой неприглядного положения дел в этой сфере. Мы имеем дело не с воробьем, который цинично изображает из себя орла, а со страусом, который спрятал голову в песок, но старательно сучит ножками [Памятуя о читательской въедливости, скажу пару слов в защиту страусов. Плиний-старший был не прав, страусы не прячут голову в песок от страха. Тем не менее вот уже две тысячи лет репутация этих пернатых подмочена. Хотя мы видим, что регулярно мочат свою репутацию вовсе не страусы, а фламинго]. Ему ведь действительно кажется, что он бежит. Он искренне верит в это.

На наших глазах формируется набор почти мистических ритуалов, которые, по мнению их инициаторов, должны снизить террористические риски. По крайней мере, оснований у многих ограничений не больше, чем у древнего славянского поверья, согласно которому убить лягушку – к дождю. И оттого, что эти ритуалы бездумно копируются (27 августа и в нашей стране вступили в силу новые правила провоза жидкостей, сводящиеся, главным образом, к тому, что на внутренних рейсах в ручной клади жидкости теперь перевозить нельзя), лучше они не становятся. Однако нам было интересно, как они формируются, как придумываются, как одобряются – и как вводятся в действие. К счастью, нам попалось прекрасное интервью Брюса Шнайера с директором американской Службы транспортной безопасности Кипом Холи. Холи – один из тех, кто "стоит у истока". Именно его ведомство решает, какой частью своей свободы мы должны пожертвовать ради иллюзии безопасности (администрация, конечно, американская, но многие ее изобретения усердно внедряются в Европе и у нас, в России).

Чтобы немного сбить пафос, скажу, что новые правила вовсе не так страшны, как может показаться (если, конечно, аэропорты не увеличат сборы, мотивируя это тем, что процедура досмотра стала на порядок сложнее). Скажу, что люди, на которых лежит ответственность за безопасность полетов, в последние несколько лет столкнулись с невероятной угрозой, которая, в принципе, подразумевает только глобальное (борьба с терроризмом – что бы это ни значило), а не локальное (проверка сумочек) решение. И хотя именно на них чаще всего выплескивается наше пассажирское раздражение, никто из нас не знает, сколько жизней они спасли, честно выполняя свою работу.

Вот только жаль, что их начальники, выдумывающие новые правила, иногда забывают о том, что страусы всем хороши, да не летают.

Когда пилот высшего класса Иван Иванович Краснобаев повел свой МИГ-29 в очередную мертвую петлю, то увидел такое, что его сознание едва не помутилось и летчик чуть было не выпустил штурвал из вдруг вспотевших рук. Перед ним на высоте пять тысяч метров летела стая птиц, похожих на больших гусей. Птицы плавно махали крыльями, а пилот Краснобаев на самом скоростном в мире самолете не мог догнать их. Летчик прибавил скорость. Через несколько секунд он перешел звуковой барьер. И догнал птиц. Но сколько ни старался пилот, обогнать стаю из пяти белых лебедей так и не смог.

– Что за черт! – выругался летчик. Затем его вдруг осенило. – Но ведь этого не может быть. Не может быть!

Чего только не видел в небе Краснобаев за сотни полетов. Видел он и летающие тарелки, которые, хитро подмигнув, тут же улетали в космическое пространство, и медлительные дирижабли, похожие на упитанных поросят, раз даже видел, как осьминог плыл по небу в громадной стеклянной банке.

Краснобаев понимал, что небо не только для авиации, и всегда подробно докладывал об увиденном. Его начальник генерал Бочкин каждый раз восклицал при этом:

– Послушай, Краснобаев, почему только тебе видятся такие вещи? Ни майору Скучных, ни полковнику Пресному ничего не попадается в облаках. Зато капитан Краснобаев разве только родную мать в небе не видел!

Но генерал не мог долго сердиться на Краснобаева, потому что тот был самый классный пилот в его эскадрилье и не получал подолгу повышения по службе только из-за своих чудачеств.

Друзья и товарищи смеялись над Краснобаевым и говорили:

– Ну ты, брат, даешь! Такие байки травить даже барон Мюнхгаузен не мог. Может, тебе книгу написать? И название есть подходящее: «Красные байки капитана Краснобаева».

Иван Иванович очень обижался на это и давал себе клятву ничего подобного не рассказывать. Но через несколько полетов он опять встречал в небе какую-нибудь небывальщину, и все опять начиналось заново.

Но такого, как сегодня, Краснобаев не видел никогда. Слишком необычно было зрелище лебедей, летящих со сверхзвуковой скоростью. Мало того! Лебеди стали обгонять гордость русской авиации – МИГ-29. Этого Иван Иванович выдержать не смог. Смелый и талантливый летчик, герой самых рискованных полетов и испытаний, он заплакал. Наверное, он решил, что сходит с ума и видит галлюцинации.

А лебеди плавно вырвались вперед и полетели на восток, навстречу солнцу.

«Не знаю, правильно ли я делаю, — подумала про себя Каролинка, — ведь тётя Агата уверена, что я съела овсянку и что, благодаря этому, я буду сильной и здоровой. А я, во-первых, голодна, а, во-вторых, обманула добрую тётю. В будущем нужно как-то иначе устраиваться с этой едой».

А тут, ко всему ещё, тётя начинает расхваливать папе и маме Каролинку за то, что она будто бы так хорошо съела всё…

«Придётся мне всё-таки завтра съесть овсянку, — решила с горечью Каролинка, — ведь, действительно, не стоит пользоваться помощью бусинки для таких пустяковых вещей?..»

Тем временем в передней хлопнула входная дверь. Это папа отправился на службу. Мама ещё продолжала возиться с уборкой, а тётя Агата собиралась отправиться за покупками.

— Не знаю, удастся ли мне найти сегодня что-нибудь хорошее, — жаловалась она. — Хотела я купить курицу, но как подумаю, что придётся ехать на рынок, да ещё в такой день!..

«Тётя Агата, действительно, очень добрая и очень о нас заботится, — подумала Каролинка. — Как бы мне хотелось, чтобы ей не нужно было ездить за курицей».

В ту же минуту в кухне раздалось громкое кудахтанье — красивая хохлатка прохаживалась по столу, с удовольствием поклёвывая хлебные крошки на скатерти.

— Свят, свят! Живая курица! — изумлённо воскликнула тётя Агата. — Откуда она здесь взялась?!

— По-видимому, влетела через окно от соседей. И как это люди не следят за своей птицей! — Маме всё это очень не понравилось. — Что теперь нам с нею делать? Придётся ходить из квартиры в квартиру и справляться, чья это курица. Вот не было хлопот!

«Ой-ой-ой, пускай уж лучше эта курица исчезнет», — подумала огорчённая Каролинка, сжимая в руке бусинку. Желание её тут же было исполнено.

— Как, уже нет этой курицы? — удивилась тем временем тётя, снова заглянувши на кухню. — Улетела обратно, что ли? Ну, так я отправлюсь за покупками. Нужно что-нибудь купить к обеду.

Дверь за тётей Агатой захлопнулась. Мама тоже собралась уходить. Она, как всегда, торопилась.

— Мама, ты скоро вернёшься? — спросила Каролинка.

— Ах, я и сама не знаю, — вздохнула мама. — После больницы (мама работала в больнице) мне ещё нужно сходить по кое-каким делам. Если бы ты была постарше, могла бы меня выручить. Но пока ты для этого ещё маленькая, — и мама прижала к себе Каролинку и поцеловала.

— Мамочка, как бы мне хотелось поскорее быть взрослой, чтобы во всём помогать тебе! — горячо сказала Каролинка и тоже поцеловала маму в щеку. Но прежде чем девочка успела договорить эту необдуманную фразу, она почувствовала, что с нею творится что-то странное.

— Я с удовольствием помогу тебе, мама, — повторила она. И вдруг заметила, что она выше мамы.

— Простите, но я вас не знаю! — удивлённо воскликнула мама, слегка отталкивая от себя Каролинку. — Вы наверное ищете наших соседей? Моя дочь сейчас вас к ним проводит… Каролинка!..

В эту минуту Каролинка поглядела в висящее напротив зеркало и убедилась, что она — высокая особа, одетая совершенно по-взрослому, и на голове у неё даже шляпа.

— Каролинка, — повторила мама, — где ты?

— Так ведь вот она я, — сказала Каролинка и хотела опять прижаться к матери. — Неужели ты не узнаёшь меня, мамочка? Я только заколдованная, и курица та тоже была заколдованная…

— Что вам угодно?! — испуганно воскликнула мама. — Простите, но мы с вами незнакомы.

— Так ведь это же я! — повторила девочка. И сразу же хотела попросить бусинку, чтобы та опять сделала её маленькой Каролинкой, как вдруг, к своему ужасу, обнаружила, что не знает, куда бусинка делась. Что теперь будет?!

Тем временем мама разволновалась не на шутку.

— Я вас не знаю! — повторяла она. — Вы ошибаетесь!

— Так ведь я же — твоя Каролинка, мама, присмотрись ко мне хорошенько, — кричала Каролинка. — Погоди, я только отыщу бусинку!

— О боже, — простонала мама, — извините, но я очень тороплюсь, мне нужно идти на работу. Вы, наверное, пришли к кому-нибудь другому, — с этими словами мама открыла дверь.

— Ой-ой, что же мне теперь делать! — Каролинка совершенно растерялась. Тем временем мама легонько взяла её под локоть и, выводя в переднюю, объяснила: — Внизу есть дворник. Он вам поможет найти того, кого вы разыскиваете.

Автор: Сергей Леонов

Бывают такие фокусы в производственном процессе: выпадает что-то из цепочки. Процесс выпуска журнала пока не удается полностью компьютеризировать, приходится по старинке думать мозгами, а их надежность оставляет желать… Неделю назад потеряли было в номере содержание (переход на двух верстальщиков сказался — не состыковались границы ответственности), теперь вот «дежурного по 13-й комнате» назначить забыли. Выясняется это, как всегда, за несколько часов до «времени Ч», так что отдуваться приходится мне.

В двух недавних номерах мы привели замечательные, на мой взгляд, ответы известных людей на вопросы альманаха Edge (замечательные не сами по себе, а собранные воедино). Не надеясь попасть в кандидаты для очередного опроса, поддержу хотя бы собственно идею, задав вопрос самому себе. Такой, например: какие решения, устройства или технологии давно должны быть реализованы, но до сих пор отсутствуют? Места на первой полосе немного, но уж сколько войдет…

— SMS, MMS, ICQ, IM, почта (и телеграф туда же)… — все в одном флаконе. Когда перед компьютером сижу — на экране. Когда отхожу — на телефоне. Вроде все для этого есть — и клиенты многостандартные, и шлюзы, и связь компьютер-телефон, и доступ к сети постоянный, а вот удобно соединить воедино — увы, не видел таких решений.

— Мобильный телефон в качестве блютус-гарнитуры к компьютеру. Он же в качестве трубки к DECT-телефону. Он же — со встроенным IP-софтфоном и Wi-Fi. И все голосовые вызовы — только на него, что домашний DECT, что SIP, что Skype. Интересно, что мой старый Siemens поддерживает профиль гарнитуры (с не-майкрософтовским блютус-стеком, конечно), но заставить его работать в этом режиме не получается.

— Редактор текстовый, текст в котором сразу располагается так, как будет напечатан. И чего уж там — заменяющий программу верстки. Дежа-вю — это же WYSIWYG, десять лет назад уже реализованный. Как бы реализованный. Но совместить принтер с дисплеем мало, хочется, чтобы так же было в Интернете. Открыл страничку, включил режим редактирования — и правь, как хочешь, любые элементы, перемещай в любую позицию, накладывай слоями. Выключил — сохранилось. Простая вроде задача — текстовую строку на экране разместить, необходимых сущностей всего две — начало текста и длина. Нет ведь, выравнивание, табуляция, отступы, границы, пробелы… Попробуйте на гипертекстовой страничке строчку на нужное место поставить — еще и таблица потребуется.

— Еще хочу операционную систему. С двумя обязательными условиями: я должен всегда знать, что именно она делает; все настройки должны быть доступны всегда, причем в единственном месте. И совершенно не понимаю, почему у пользовательского интерфейса не абсолютно высший приоритет выполнения. Я же кнопку нажал! И что? Шуршит себе диском, а на меня — ноль внимания. Что, поиск «шпионов» по расписанию важнее, чем моя команда? Времена, когда в процессе обработки скан-кода клавиатуры можно было пропустить срабатывание системного таймера, давно минули.

— Электрическая розетка в самолете. Только что издатель восхищался: «Представляешь, в аське над Атлантикой! Круто!». Интернет-сервис у «Люфтганзы» еще летом появился, даже подешеветь успел. Wi-Fi в пределах всего салона, канал на «большую землю» через спутник, 5 Мбит/с. 26 долларов за «анлим» на весь перелет с побережья на побережье. Но какая подстава! Из восьми часов полета батареи ноутбука хватает на два, а розетки нет…

— Беспроводное универсальное зарядное устройство. Типа столика. Чтобы по приходу домой сложить на него: ноутбук, два фотоаппарата, вспышку, два телефона, блютус-гарнитуру, блютус-GPS, КПК, блютус-мышку для ноутбука… Нет, не так. Чтобы поставить на него свой рюкзачок и ничего не вынимать. Но к утру чтобы все зарядилось. Думаете, нереально? Есть уже подобные разработки, универсальностью, правда, не пахнет пока.

И еще, пожалуй, автоматизированную систему управления редакцией. Чтобы не забывала про содержание и необходимость назначить «дежурного». Хотя, если судить по опыту коллег из других изданий, этот пункт — первый кандидат на причисление к области фантастики. Зато когда в очередной раз в день сдачи номера окажется, что никто и не собирался писать редакторскую колонку, у меня будет возможность вспомнить приведенный выше список и оценить, насколько далеки были мои сегодняшние мечты от реальности.

Утром Таня ранёшенько вскочила — и в школу бежать. А одной баретки нет как нет, и куда её с вечера задевала — никак не вспомнит.

— Латка, Латочка! — кричит. — Ищи бареточку, понимаешь? Ищи!

Латка одно ухо подняла, другое опустила, сообразила что-то — и нырк под лавку!

— Поняла, поняла! — обрадовалась Таня. — Гляди, мама, сейчас притащит мне Латка бареточку!

И верно: тащит Латка из-под лавки… что это? Да старое голенище!

— Ай, дурашка! — рассердилась Таня. — Баретку, баретку, я тебе сказала, а не голенище! Понимаешь? Ба-рет-ку! Ищи, ищи!

Латка виль-виль-виль хвостом-культяпочкой — да в дверь! Минуты не прошло — тащит из чулана… дохлого крысёнка. И подаёт Тане в руки.

— Фу, гадость! — чуть не плачет Таня. — В крысёнка, что ли, я ногу обувать буду? Бессовестная какая!

А мать, говорит:

— Зачем напрасно бранишь собачку! Откуда ей знать, что это такое «баретка»? В городе такого слова и не слыхали. Ты покажи ей другую свою бареточку, дай хорошенько понюхать её — вот она и поймёт. Собаки всё больше носом понимают.

Таня дала понюхать свою баретку Латке, та и поняла: нырк под кровать — и тащит Танин полуботинок.

— Вот умница! — обрадовалась Таня. Быстренько обулась и побежала в школу.

Аурел сразу развеселился.

— Чего мы жлём? — воскликнул он. — Надо как можно быстрей найти зелёный вертолёт!

Не успел он это произнести, как послышалось тарахтение мотора.

Вертолёт опустился прямо возле путешественников. Он оказался совсем пустым. Аурел и Шапка-Ботинки сели, в вертолёт и увидели щит с разными кнопками. Под каждой кнопкой было написано название страны.

— Ну, куда полетим? — любезно осведомился мальчик; у него было очень хорошее настроение.

— Какая разница куда! — буркнул Шапка-Ботинки. — Результат всё равно один!

— Это мы ещё увидим! — рассердился Аурел. — Вечно вы каркаете! Полетим в Страну Физики.

Мальчик нажал кнопку.

Вертолёт поднялся и полетел. Он летел очень вы-соко, и мальчику трудно было видеть, что делается на земле, но кое-что он разглядел.

Люди, маленькие, как букашки, сновали туда-сю-да, бегали, прыгали и даже перелетали с места на место.

Словом, жизнь кипела вовсю. Всё небо было украшено цветными шарами, парашютами, летающими ранцами и сандалиями.

По дорогам мчались цветные автомобили. Среди них мелькали цветные велосипедисты. Они ехали так быстро, что порой казалось, что они летают.

До самой Страны Физики вертолёт не сделал ни одной посадки. Аурела и Шапку-Ботинки никто не задержал, хотя они были на коньках.

Ещё издали путешественники увидели Страну Физики. Дома в этой стране имели форму пробирок.

Столица страны покоилась под огромным стеклянным колпаком.

Вертолёт пролетал над многими городами этой удивительной страны. Один из городов был постро-ен на плоскости гигантского зеркала. Дома в этом городе были тоже зеркальные. Жители здесь изуча-ли законы отражения света.

В городе Весов всюду виднелись весы, большие и маленькие, стоячие и подвесные. Жители постоян-но что-то взвешивали, перевешивали, проверяли.

— Смотрите, город Градусников и Термометров! — ахнул Аурел.

Дома в этом городе были с высокими стеклянны-ми башнями, напоминающими по форме градусник. Каждое деление градусника означало новый этаж. Можно было жить на этаже 37 градусов. Или выше. Самым нормальным считался этаж 36,6 градуса.

Почти во всех городах были стадионы, где прово-дились физические опыты. Все трибуны на стадио-нах были забиты болельщиками. Они свистели, кри-чали, топали ногами и даже сгоряча выбегали на по-ле, путаясь под ногами. Это было запрещено, и таких нарушителей обычно удаляли со стадиона.

На одном стадионе определяли точки кипения и замерзания воды. Болельщики были возбуждены.

Они орали, размахивали цветными шляпами, свисте-ли. То и дело слышалось: «Поддай жару!.. Холодней, холодней!»

В конце концов вертолёт пошёл на снижение и приземлился на главном аэродроме страны, недале-ко от города Плавающих Тел. Жители этого города больше всего времени проводили в воде, где ставили свои ценные опыты. На городских воротах был вы-тиснен золотом основной закон города, открытый мудрым старцем Архимедом:

Тело, погружённое в жидкость, теряет вес, равный весу вытесненной жидкости!

Цветные пограничники купались в бассейне, когда заметили снижающийся вертолёт. Они выскочили из воды и побежали одеваться. Нельзя же встречать гостей в плавках!

Увидев Аурела и его спутника, они дружно расхохотались.

— Есть на тебе что-нибудь красное? — спросил красный пограничник.

— Или оранжевое? — добавил оранжевый.

— Или жёлтое? — спросил жёлтый. Каждый спрашивал о своём цвете.

— Погоди! Да на тебе ботинки с коньками! — ахнули пограничники.

— Они с океана-катка! — догадался зелёный пограничник.

— Надо разобраться в этом деле, — сказал рассудительный оранжевый пограничник и закурил сигару.

Остальные тоже закурили.

— Мне кажется, во всём виноват он! — сказал оранжевый пограничник и указал на Шапку-Ботинки.

— Да-да, несомненно, — согласились с ним остальные.

— А мальчика всё-таки не мешает проверить, — деловито предложил зеленый.

На том и порешили.

Красный пограничник взвесил Аурела на весах. Оранжевый сунул ему под мышку градусник и измерил температуру. Жёлтый рассмотрел его сквозь призму. Зелёный снял с него мерку. Голубой его сфотографировал. Синий велел ему влезть в бак с водой, а фиолетовый посадил на пять минут под стеклянный колпак.

Все пограничники пришли к одному выводу: мальчишка совершенно не знает физики.

Пограничники вывели двух злосчастных нарушителей на границу и посоветовали попытать счастья в другой стране.

Путешественники побывали в Стране Химии. Ботаники, Истории, Анатомии. Всюду их встречали одинаково: над ними смеялись.

Аурел понял, что ему нет места ни в одной стране.

Благодаря обильным зимним дождям на острове было той весной множество цветов. Дюны покрылись настоящим ковром из песчанок. Сами они красные, а в середине у них глазок, который бывает розовый, а бывает белый. В ущельях между скалами вылезли высокие юкки, увенчанные гроздьями кудрявых шариков – размером с небольшой камень и цветом напоминающие восходящее солнце. По соседству с родниками разрослись люпины^[24]. На солнечной стороне утёсов из расщелин, в которых никому бы и в голову не пришло искать растения, пробились красные и жёлтые фонтанчики – стебли комуля.

Птиц тоже было видимо-невидимо, среди них множество колибри. Эти крохотные птички с длинными языками, которыми они высасывают нектар из цветов, умеют зависать неподвижно в воздухе и тогда похожи на отшлифованные морем самоцветы. Появились на острове и голубые сойки (птицы крайне сварливые), и чёрно-белые дятлы, которые проделывали дырки не только в стеблях юкки или в жердях у меня на крыше, но даже в китовых рёбрах из моей ограды. Прилетели к нам с юга и красноплечие желтушники^[25], и тучи ворон, и ещё какие-то птицы – с жёлтым туловищем и ярко-красной головой, – которых я никогда раньше не видела.

Пара таких птиц свила гнездо на чахлом деревце возле моей хижины. Гнездо было свито из волокон юкки, имело небольшое отверстие наверху и висело на дереве мешок мешком. Самка отложила в нём два крапчатых яйца и высиживала их по очереди с самцом. Когда вылупились птенцы, я разложила под деревом порванные на части морские ушки и самка стала кормить ими детёнышей.

В отличие от отца с матерью, птенцы были серого цвета и жуткие уроды, но я всё равно забрала их себе и посадила в самодельную клетку из тростника, так что ближе к лету, когда почти все птицы, кроме ворон, улетели с острова на север, у меня осталось двое друзей.

Вскоре птенцы отрастили себе такое же красивое оперение, как у родителей, и начали щебетать вроде них: рип-рип-рип. При всём своём однообразии звук этот нравился мне, потому что был благозвучным – куда приятнее криков чаек и ворон или же пеликаньего говора, который напоминает перебранку шамкающих стариков.

Ещё до наступления лета клетка оказалась мала моим питомцам, но я не стала делать новую, а подрезала каждой птице по одному крылу (чтоб не вздумали улететь) и выпустила в доме. К тому времени, как кончики крыльев отросли, птенцы приучились брать корм из рук, Они спрыгивали с крыши, усаживались мне на руку и просили есть: рип-рип-рип. Когда крылья у птенцов стали оперяться, я опять подрезала их. На этот раз я пустила птиц во двор, и они скакали там, высматривая еду, или сидели на спине у Ронту, который к этому времени окончательно привык к ним. Заново отросшие крылья я подрезать не стала, однако птицы всё равно не улетали дальше лощины и всегда возвращались домой – ночевать и попрошайничать (даже если уже наелись досыта).

Более крупного из птенцов я нарекла Тейнором – в честь юноши, который мне нравился и которого убили алеуты. Второй птице я дала имя Лурай (этим именем я хотела бы называться сама, если б меня уже не звали Караной).

Приручая птиц, я одновременно делала себе новую юбку – так же, как и предыдущую, из волокон юкки, вымоченных в воде и свитых жгутом. Покрой был традиционный: длина до колен, с двумя разрезами по бокам и с продольными складками. К юбке я смастерила ремешок из тюленьей кожи, который завязывала узлом. Ещё я сшила себе сандалии из тюленьей кожи, чтобы ходить в жаркую погоду по дюнам и просто для красоты – к новой юбке.

Я часто надевала эту юбку с сандалиями и в сопровождении Ронту прогуливалась вдоль обрыва. Иногда я сплетала себе цветочный венок. После того как алеуты поубивали в Коралловой бухте наших мужчин, все женщины племени в знак траура укоротили себе волосы над огнём. Я тогда тоже сожгла волосы лучиной, но теперь они отросли и доходили мне до пояса. Я разделила волосы на пробор и носила их распущенными – кроме тех случаев, когда надевала венок. Тогда я заплетала их в косы и закрепляла концы длинными заколками из китового уса.

Ещё один венок я вешала на шею Ронту, но ему это не нравилось. Гуляя вдоль берега, мы оба смотрели на море и радовались жизни, хотя весной корабль бледнолицых так и не появился. Кругом пахло цветами и пели птицы.

Кочевал по тайге старик юкагир. Один раз увидел он в тайге небольшую юрту. Юрта снаружи была чистенькая. Шкуры аккуратно обтягивали палки, вокруг был порядок. Наверное, тут живет молодая, красивая женщина, – подумал старик. Спрятался он в кусты, поджидая, когда выйдет женщина. Никто не выходил, и старик решил, что в этой юрте действительно живет молодая девушка, которая боится одна выходить.

Пришел вечер, старик надумал влезть на юрту и сверху, в дымовое отверстие, посмотреть, кто там живет. Залез старик наверх, смотрит в отверстие и видит: очень хорошо одетая женщина сидит около костра. Женщина что-то шила.

Старику очень хотелось видеть лицо женщины, и он начал расправлять шкуры наверху, чтобы увеличить отверстие. Лицо у старика было грязное, он как родился, ни разу не умывался. Волосы на голове были длинные, грязные, с ресниц падала грязь. Старик старался раскрыть как можно шире глаза, чтобы рассмотреть женщину, и грязь с волос и ресниц посыпалась на женщину.

Испугалась женщина, решила, что это злое чудовище сидит на юрте. Взяла жильные нитки, которыми шила, привязала к палочке, стала держать над огнем, чтобы нитки загорелись и плохим запахом выкурили чудовище. От жары нитки жильные разбросались во все стороны, закрутились колечками, сжались и почернели. Едкий запах пошел кверху. От этого запаха старик чихнул. Женщина подняла свое лицо кверху, чтобы посмотреть, кто там. Старик увидел старое, безобразное лицо старухи, испугался, быстро слез с юрты и с криком: Жги, жги, бабушка, нитки, выкуривай чудовище с юрты! – бросился бежать куда глаза глядят. Он боялся, как бы старуха не погналась за ним.

Старуха так испугалась, что не могла двинуться с места. Нитки все сгорели, работа ее упала в костер и тоже сгорела, а потом огонь погас, наступила темнота, наступила тишина.

Старушка очнулась, развела огонь, посмотрела вверх: никакого чудовища там не было. Все было по-прежнему. Старушка вышла из юрты, посмотрела кругом, а от юрты шел след. Она пошла по следу. След шел далеко в тайгу. Старушка поняла, что чудовище испугалось выкуривания и убежало в тайгу. Старушка вернулась в юрту, раздула огоны посильнее, вскипятила чаю, напилась и легла спать.

Лондон, 20 июня 1903 года

Дорогая Салли!

Вчера в Лондон приехал мой дорогой папочка! Ты, конечно, догадываешься, что это значит. Мы едем с ним в новую экспедицию, на этот раз в Кению и Уганду в Африке; будем охотиться на горилл, бегемотов, носорогов, слонов, львов и жираф! Можешь ли ты себе представить что-нибудь подобное? Я, как только об этом услышал, не мог заснуть всю ночь, все думал о тех необыкновенных приключениях, какие нас ожидают на Черном континенте.

Завтра мы выезжаем в Гамбург. Там у отца намечена встреча с Гагенбеком, немецким предпринимателем, занимающимся поставкой диких животных владельцам цирков и в зоологические сады^[1]. Мой папа, вместе с дядей Смугой, знаменитым путешественником и звероловом, с которым ты познакомилась во время нашего пребывания в Австралии, до сих пор работали в фирме Гагенбека. Но теперь они организуют экспедицию на свой страх и риск. Такую возможность мы получили, продав золотой самородок, подаренный мне в Австралии О'Донеллом за то, что я помог ему и его сыну спастись от разбойников.

Итак, мы едем в Африку. С нами едет также знакомый тебе боцман Новицкий. Конечно, я беру с собой и моего вернейшего друга, Динго. С того времени, как ты мне его подарила, Динго очень переменился. Из молодого, чудесного щенка он превратился в отважного друга. В Англии мы отдали Динго в специальную школу, в которой обучают собак охоте на крупного зверя. Если бы ты увидела теперь Динго, то, наверное, гордилась бы им так, как горжусь я. Динго лежит возле стола и, повернув голову, смотрит с таким выражением, словно знает, кому я пишу письмо.

Думал, что перед отъездом в экспедицию мне удастся вместе с папой посетить в Варшаве тетю и дядю Карских. Я очень соскучился по ним, ведь после смерти мамы я долго жил в их семье и они любили меня как родного сына. Но увы, это невозможно, по крайней мере, до тех пор, пока не изменятся политические обстоятельства, вынудившие моего папу уехать из Польши. Появись он в Варшаве, его сейчас же арестуют как заговорщика против российского императора.

Я очень тебе благодарен, дорогая Салли, за твои милые письма. Когда их читаю, то всегда вспоминаю, как благодаря Динго я нашел тебя в буше неподалеку от вашей фермы. Ты видишь, что я свято исполняю обещание и часто пишу тебе, как от своего имени, так и от имени Динго. Надеюсь, что ты и в самом деле скоро приедешь в Англию, как это обещают твои родители. Здесь я познакомился с твоим дядей, у которого ты будешь жить после приезда в Лондон. Он мне говорил, что ожидает тебя через несколько месяцев. Твой дядя, хотя уже и немолодой, тоже любит путешествия и природу.

Теперь жди моих писем из Африки. Я постараюсь прислать тебе несколько интересных фотографий. Шлю тебе, дорогая Салли, мой сердечный привет, а Динго своим розовым языком лижет твой маленький носик.

Томаш Вильмовский

Динго и в самом деле полизал твою фотографию. Я купил себе прекрасный охотничий нож.

Томек

«Знаете ли вы украинскую ночь?

О, вы не знаете украинской ночи!..»

Н.В. Гоголь

Знаете ли вы Муромскую ночь? О, вы не знаете Муромской ночи!.. Мириады звезд безустанно льют свет свой с небес на Муромскую Чащу; золотая луна и серебряный месяц, сменяя друг друга, вершат над нею обход; Журавлиное Озеро, мерцая в их свете, кажется в темноте больше, чем есть на самом деле.

Ночами, особенно безлунными, одинокая русалка редко доплывает до его середины: вверху темь и внизу темь – страшно! Выспавшийся за день заяц шустро ширнет мимо прилегшего к пеньку лешака. Чихнет со сна лешачок, пискнет напугавший себя самого заяц, и вновь тишина и покой повисают над Чащей.

Тихо сидит в своем болоте Кикимора: она не спит, преклонные годы да разные думы гонят прочь ее сны.

Кот Асмодей выползает иногда по ночам на крышу избушки, и тогда еще две изумрудных звезды вспыхивают во мраке. Глупые ночные бабочки тут же кидаются на их яркий свет и, едва достигнув, стукаются о черный, невидимый в ночи, кошачий лоб. Ах, эти несносные бабочки!.. Ах, эти проклятые коты на крышах!..

В «Штабе спасения Муромской Чащи» тишина: сладкий сон сморил и спасателей, и спасенных.

За штабом, прикрытый ворохом листьев и веток, дремлет Змей Горыныч. Смелый еж, набегавшись по холодной земле, на минуту задержался возле него погреть замерзшие лапки о теплый Горынычев бок. Погрел – и вновь пустился в путь по извилистой, чуть видной ему одному, ежиной тропке.

Ночь, ночь над Муромской Чащей!..

Бесплатной любви не бывает.

«Принцип красного фонаря»

В любви бесплатная только луна.

Янина Ипохорская

Деньги играют в любви второстепенную роль — всего лишь роль платежного средства.

Станислав Ежи Лец

Любовь — это океан чувств, отовсюду окруженный расходами.

Томас Роберт Дьюар

Иметь на содержании порядочную женщину — признак высокого социального статуса.

Дороти Сейерз

Любовь — материя настолько тонкая, что может вся уйти сквозь дыру в бумажнике.

Жанна Голоногова

Существуют экономические сексуальные стимулы.

Станислав Ежи Лец

Тот, кто считает, что любовь за деньги не купишь, просто не знает, где можно хорошо отовариться.

Лора Эшли

Любовь стоит столько, во сколько обходится.

Кароль Бунш

Бескорыстная любовь приносит счастье, корыстная — деньги.

Тадеуш Гицгер

Трудно не оценить платную любовь. Ее цена обычно известна заранее.

Станислав Ежи Лец

Главное различие между любовью за деньги и бескорыстной любовью заключается в том, что любовь за деньги дешевле.

Брендан Франсис

Дешевые женщины часто обходятся слишком дорого.

Мечислав Шарган

За деньги нельзя купить любовь, но можно улучшить исходные позиции для торга.

Лоренс Питер

Покупая любовь, легко обмишуриться.

Славомир Врублевский

Счастье и женщины улыбаются богатым.

Игнацы Петр Легатович

Больше, чем любовь, возбуждают только деньги.

Бенджамин Дизраэли

Богатый мужчина — все равно что красивая женщина.

Анита Лус

В мире не найдется столько богатых мужчин, сколько красивых женщин их заслуживает.

Джейн Остин

Когда нужда стучится в дверь, любовь выпрыгивает в окно.

Маркус Кларк

Для меня деньги — ничто, был бы только мужчина веселый. Но как же он будет веселый без денег?

Янина Ипохорская

Каждый мужчина мечтает содержать женщину на ее средства.

Магдалена Самозванец

Пожилой человек: мужчина, который помнит времена, когда девушка выходила замуж ради денег, вместо того чтобы разводиться ради денег.

Ф. Кернан

За мумию самого уродливого египтянина нужно заплатить больше, чем за самую красивую живущую женщину. Это печально. У меня, слава Богу, нет денег, иначе я разорился бы, чтобы сокрушить эту иерархию цен.

Станислав Ежи Лец

В любовных делах имеешь дело с женщинами трех разрядов: те, на которых женятся, те, которых любят, и те, которым платят. Но это может быть одна и та же женщина. Начинается с денег, потом человек влюбляется и в конце концов женится.

Сашa Гитри

Есть два испытания счастливого брака: богатство и бедность.

NN

Я бы вышла замуж опять, если б нашла мужчину с пятьюдесятью миллионами долларов, который половину этих денег выдал бы мне до замужества и гарантировал, что умрет в течение года.

Бетти Дейвис

Люди со средствами думают, что главное в жизни — любовь; бедняки знают точно, что главное — деньги.

Джералд Бренан

Советы и правила

Чем красивее женщина, тем быстрее пролетают время и деньги.

Максим Звонарев

К числу эрогенных зон следует отнести и бумажник.

Лешек Кумор

Увидев упавший женский платочек, подумай, достаточно ли ты состоятелен, чтобы его поднять.

Мечислав Козловский

Есть женщины, которые говорят, что не примут от вас ни сантима. Вот они-то вас и разоряют.

Сашa Гитри

Не бывает великих страстей без денежных затруднений.

Янина Ипохорская

Женщина может сделать миллионером любого мужчину-миллиардера.

Чарлз Чаплин

В пустую женщину можно вложить много денег.

Станислав Ежи Лец

Ничто так не экономит время и деньги, как взаимная любовь с первого взгляда.

«Пшекруй»

Всю цену женской любви ты узна?? ешь на бракоразводном процессе.

NN

Дороже всего обходятся непродажные женщины.

Франсуа Мориак

Купи собаку. Это единственный способ купить любовь за деньги.

Янина Ипохорская

Не расстояние, а время губит любовь.

Юзеф Булатович

Настоящая любовь не та, что выдерживает долгие годы разлуки, а та, что выдерживает долгие годы близости.

Хелен Роуленд

Если бы строили дом счастья, самую большую комнату пришлось бы отвести под зал ожидания.

Жюль Ренар

Если любовь достаточно сильна, ожидание становится счастьем.

Симона де Бовуар

Если вы отлучаетесь ненадолго, я готова ждать вас всю жизнь.

Оскар Уайльд

Ожидание удовольствия бывает лучше, чем ожидаемое удовольствие.

Тадеуш Котарбиньский

Ожидание наслаждения бывает мучительней страха.

Николо Томмазео

Эта неопределенность ужасна. Подольше бы она не кончалась.

Оскар Уайльд

Легко было ждать Пенелопе, когда очередь стояла к ней, а не она в очереди.

Владислав Гжещик

Лучшая минута любви — когда поднимаешься к любимой по лестнице.

Жорж Клемансо

Счастье мужчины: знать, что, когда вечером возвращаешься домой, какая-то женщина прислушивается к твоим шагам.

Кларк Гейбл

Если ты возвращаешься в девять вечера вместо семи, и он еще не звонил в полицию, — значит, любовь уже кончилась.

Марлен Дитрих

Любовь обманывается надеждой. Те, кто мог бы ждать чего-то лучшего, не ждут. Ждут те, которым ждать ничего не приходится.

Винценты Стысь

Собаки и женщины, которые долго ждали, удивленно вздрагивают, когда наконец появляется их хозяин и избавитель.

Альма Йоханна Кениг

Пословица дня. Насильно трезв не будешь!

Цитата дня. «Птичку… жалко…» Шурик к/ф «Кавказская пленница».

Тосты за праздники дня. Наши тосты сегодня целиком и полностью посвящены Дню Государственного Флага, что отмечает вся Россия. Вообще то, у трехцветного российского полотнища непростая история. Впервые этот флаг был поднят еще при царе Алексее Михайловиче в 1667 году на корабле «Орел». При Петре I триколор играет роль государственного флага и поднимается уже на всех кораблях. Но лишь в 1883 году при Александре III бело-сине-красный стяг становится официальным флагом Российской империи, пока в апреле 1918 года не был сменен красным флагом. Семьдесят три года спустя, в 1991 году, трехцветные флаги вновь вернулись в Россию. И вот, 22 августа 1991 года новый флаг утверждается государственным символом РСФСР, а затем и новой независимой России. При этом каждый цвет несет смысловую нагрузку. Белый – означает свободу, синий – Богородицу, которая издавна покровительствует России, красный – державность. Или же менее пафосное истолкование – белый цвет это благородство, синий – честность, а красный – смелость и великодушие, присущее русским людям.

За русский национальный символ предлагаю выпить другой национальный символ, в смысле, водку. наливай!

Тосты за именинников дня – за Алексея, Антона, Дмитрия, Ивана, Леонтия, Марию, Маркиана, Матвея, Петра, Фотия, Юлиана да Якова!

Тост за новорожденного дня — за известного французского композитора Клода Дебюсси (1862-25.3.1918), основоположника музыкального импрессионизма. Сочинениям его присущи поэтичность, изящество и прихотливость мелодии, изысканность, зыбкость музыкальных образов. Основа творчества – программная инструментальная музыка: «Прелюдия к «Послеполуденному отдыху фавна», триптих «Ноктюрны» для оркестра, фортепианные произведения и др.

Утрата дня. Помянем любимейшего зрителями киноактера Александра Сергеевича Демьяненко (30.05.1937–1999), неподражаемого Шурика из популярных комедий Гайдая «Операция «Ы»…» и «Кавказская пленница». Эти фильмы по-прежнему вне конкуренции, а Шурик в них такой молодой и обаятельный… Казалось, у Демьяненко, достигшего такой мегаславы, вся жизнь в кино и театре будет безоблачной и беспроблемной. Но все повернулось иначе. «Шурик» стал его роком, принес Александру Сергеевичу не меньше огорчений, чем лавров, фактически не дав раскрыться прекрасному актеру.

Тосты за события дня.

За аверс-реверсное обмедведивание! В 1988 в Австралии была выпущена первая платиновая монета с изображением медведя Коалы.

За моносипедный размах этого мира! В 1992 году некий японец Акира Мацушима преодолел 5248 километров на одноколесном велосипеде.

За гидротанство брака! В 1998 году во Флориде 31 ныряльщик принял участие в подводной церемонии бракосочетания, которая продолжалась 6 минут 15 секунд на глубине 8,8 метра.

За экологическое разтелефонивание! В 2002 году крошечный остров Норфолк, расположенный в Тихом океане к северо-востоку от Австралии, объявил себя зоной, свободной от мобильных телефонов. На острове отныне действует запрет на пользование мобильными телефонами.

На орбите разгорался нешуточный бой, с обеих сторон принимало участие до двух тысяч малых судов разного класса. Шердманское командование решило повторить бомбардировку планеты. Но теперь уже не для уничтожения мирного населения, а для взлома обороны наземных войск, мешающих продвижению десанта.

Последние триста «вайсеров» под прикрытием штурмовиков и «ковейхов» двигались к планете.

В довершение к рукотворному метеоритному полю «пауки» на пути следования шердманов разворачивали минные сети, которые собирали свой кровавый улов. Далее вступали в действие истребители «СУХО-200» и «МИГСы». Они стремились добраться до своей главной цели – тяжелых бомбардировщиков.

– Э-эх, – громко выдохнул Брамс, исполняющий обязанности майора Керка. – Сюда сейчас бы этих «собак» с «вампирами».

– Ага, размечтался, их берегут, вот только для чего? – произнес Хочуков и без перехода быстро проговорил: – Брамс, низ, двести, на восемь часов!

– Понял! – Голос Брамса от свалившихся перегрузок стал скрипучим.

– Во дает! – восхищенно прокомментировал маневр Мальцев.

Его истребитель сделал крутой вираж и понесся вниз, перпендикулярно плоскости «ковейха». Взяв опережение, нажал на гашетки, шесть пушек отстучали положенную очередь. Трасса из снарядов уперлась во вражеский истребитель, брызнуло стекло колпака кабины, истребитель быстро завертелся вокруг своей оси, и из него выбросило уже мертвого пилота.

– Наверное, крепления снарядами перебило, – прокомментировал Брамс.

– Еп… ить… – прозвучал в наушниках голос.

– Скорее всего, – согласился Хочуков, наблюдавший эту картину.

Он сам сидел на хвосте тяжелого штурмовика, пуская то ракету, то очередь из пушек. Лейтенант надеялся, что шердман проведет его к колонне бомбардировщиков, но тот, видимо, разгадал план своего противника и стал выходить из боя.

– Ну нет, так не пойдет, – неизвестно кому сказал Хочуков.

– Тим, ты чего там бормочешь?

– Да это я так.

Хочукова вдавило в кресло от многократной перегрузки, он на форсаже догонял свою «свинью». Сойдясь на минимальное расстояние, всадил в сопла своего врага десятую часть своего боекомплекта. Двигатели штурмовика заглохли, и от него отделилась капсула с пилотом, который катапультировался за секунду до взрыва.

– Ну нет, так не пойдет, – повторил свою коронную фразу лейтенант Хочуков и расстрелял пилота из двух роторных пулеметов.

– Зачем?! – спросил капитан Брамс. Он не одобрял такого поведения.

Он посмотрел на «поле боя» со стороны – десятки вспышек извещали о чьей-то смерти. Колонна бомбардировщиков, сокращенная на тридцать единиц, уже вплотную подошла к атмосфере планеты и с минуты на минуту начнет в нее проваливаться.

Хочуков посмотрел на датчики топлива и боекомплекта, выходило около двух минут интенсивного боя. Выбрав наименее защищенное место в обороне шердманов, он ринулся туда, с ходу открывая огонь по сопровождающему «ковейху», заставив того броситься в сторону, чтобы не погибнуть, открывая проход к «вайсеру».

Лейтенант, не переставая стрелять, перевел огонь на бомбардировщик, целя ему в двигатель. Наконец один из четырех двигателей перестал работать, и, сделав вираж, Тим прицелился во второй, когда по его истребителю прошлась очередь, которая отсекла левое крыло его «сухаря».

– Тим! Справа…

– Тим, чтоб тебя! Справа, низ!.. – предупреждал его уже другой пилот.

Не обращая внимание на предупреждения его товарищей или просто не слыша их, Хочуков стал сближаться со своим «вайсером», молотя по его двигателю и одновременно уворачиваясь от башенных стрелков «вайсера». Вторая очередь перебила в его истребителе магистрали управления, и, став непослушной, машина по инерции врезалась в бомбардировщик. Детонировал боекомплект обеих машин, разрывая их на части.

С катапультировавшимся лейтенантом поступили так же, как и он до этого с пилотом штурмовика, с той лишь разницей, что в него всадили ракету.

– Суки! – кричал Мальцев, расходуя остаток боекомплекта.

Его машина дрожала от изрыгаемой лавины огня, уносившейся навстречу противнику.

– Уходим, – приказал капитан Брамс, видя, что им на смену идет другая волна истребителей, которые будут биться уже в атмосфере.

Тупое онемение боя уже отходило, тем явственнее ощущались потери. Из его эскадрильи в двадцать истребителей осталось двенадцать. Радовало только то, что работают три аварийных маяка, а это значит, что три пилота относительно целы или, по крайней мере, живы.

В клубе драмкружковцы рисовали декорации. На сцене лежали длинные полосы белой бумаги. Маленький Вовка Баранов, по прозвищу Бяшка, тщетно пытался нарисовать богатую крестьянскую избу, жилище кулака Пахома.

– Эх ты, Бяшка несчастная! – ругался Шура Большой. – Не можешь простую избу нарисовать, а еще сын художника!

– При чем здесь «сын художника»? – оправдывался маленький Бяшка. – Наследственность передается только в третьем поколении.

Неожиданно для всех Коровин поглядел на эскиз, взял уголь и качал рисовать. На белых листах быстро появились очертания печи, окошек, длинных лавок.

– Видал? – Миша подтолкнул Генку локтем.

– Подумаешь! – Генка презрительно тряхнул волосами. – Что с того, что он рисовать умеет?.. Охота тебе с ним возиться!

– Если каждый из нас сагитирует хоть одного беспризорника, то и беспризорных не останется, – наставительно изрек Миша.

Коровин кончил эскиз и, ни на кого не глядя, сказал:

– Кисть не годится.

Шура принес ему еще несколько кистей, но Коровин их все забраковал.

– Другие нужно, – твердил он.

Миша вынул остатки лотерейных денег и протянул их Коровину:

– На, сходи купи, какие надо.

Однако Коровин не брал денег и молча смотрел на Мишу.

– Иди, – сказал Миша. – Чего ты на меня глаза вытаращил?

Коровин нерешительно взял деньги, молча оглядел всех ребят и вышел из клуба.

– Фью! – свистнул Генка. – Ухнули наши денежки!

– Если ты так будешь распоряжаться финансами, – объявил Шура, – то я с себя снимаю всякую ответственность за спектакль.

– Нечего прежде времени волноваться, – спокойно ответил Миша, – подождем…

Наступило томительное ожидание. Уже собрались взрослые. Коровина все не было.

«Неужели обманет? – думал Миша. Он вспомнил, как Коровин поглядел на него, когда брал деньги. – Нет. Он придет».

Но Коровина все не было.

– Нечего больше ждать, – сказал Шура. – Давай, Бяшка, рисуй.

Вовка начал разводить краски, как вдруг дверь клуба открылась и появился Коровин. Он был не один. Его крепко держала за плечо высокая смуглая девушка с черными, коротко остриженными волосами, одетая в синюю юбку и защитного цвета гимнастерку, перехваченную в тонкой талии широким командирским ремнем. И самое интересное: на ней был красный галстук. Одной рукой девушка крепко держала Коровина за плечо, в другой у нее была пачка кистей. Вид у девушки был очень решительный.

Она подошла к ребятам и, продолжая держать Коровина за плечо, строго спросила:

– Кто из вас посылал его за кистями?

– Я, – ответил Миша. – А в чем дело?

– Зачем вам кисти?

– Декорации рисуем.

Девушка отпустила Коровина, подошла к сцене и, разглядывая декорации, спросила:

– Какую же пьесу вы ставите?

Вперед выступил Шурка Большой.

– «Кулак и батрак», – важно произнес он. – Кстати, разрешите представиться: Александр Огуреев. Художественный руководитель и режиссер. – Он протянул девушке руку.

Девушка рассмеялась, пожала Шурину руку и сказала:

– Валя Иванова. Из районного Дома юных пионеров.

– Разрешите узнать, в чем сущность инцидента? – не меняя своей серьезной мины, спросил Шура.

– А в том, – строго сказала девушка. – Мы этих ребят отучаем воровать, а вы их приучаете. Он пришел и стащил у нас кисти.

– Я не стащил, – пробормотал Коровин, – я взял с возвратом…

Миша с удивлением смотрел на девушку. Ей было на вид лет семнадцать, не больше, а она уже вожатая и работает в Доме юных пионеров.

– Где же находится ваш дом? – недоверчиво спросил он.

– На Девичьем поле… – Девушка замялась. – Собственно говоря, он еще только организуется… А вот что это у вас за дикий кружок? Кто вами руководит? При какой организации вы состоите?

– Мы при домкоме! – крикнул Генка.

Девушка засмеялась, оглядела ребят и спросила:

– А знаете вы, кто такие юные пионеры?

Миша, Генка и Слава закричали: «Знаем!», но их голоса потонули в общем крике остальных ребят: «Нет, не знаем!»

– Тише, ребята! – крикнула девушка и подняла руку.

Когда все замолчали, она сказала:

– Пионеры, ребята, – это смена комсомолу. Теперь все дети объединяются в пионерские отряды, и в этих отрядах они готовятся стать комсомольцами, настоящими большевиками. – Она посмотрела на ребят. – Вы думаете, я к вам из-за кистей пришла? Нет. Ошибаетесь. Кисти я могла просто у него отобрать. Но он сказал, что несет их к каким-то ребятам в драмкружок. Вот я и захотела посмотреть на вас…

– Мы скоро тоже пионерами будем! – крикнул Генка.

– Конечно, будете, – сказала девушка. – А пока приходите к нам в Дом пионеров. У нас будут разные мастерские, кружки. Приходите. Тогда и кисти принесете… Кто у вас тут главный?

Генка подтолкнул вперед Мишу:

– Вот наш председатель.

– Хорошо. – Девушка одобрительно посмотрела на Мишу. – Кисти оставляю на твою ответственность. А ты собери своих ребят и приходи к нам. Обязательно приходите.

– Ладно, – сказал Миша, – а вы приходите в воскресенье на наш спектакль…

Когда девушка ушла, Коровин вернул Мише деньги и начал рисовать.

– Почему же ты в магазине не купил? – спросил его Миша.

– А чего зря платить! – Коровин посмотрел на Генку. – Я ведь не для себя.

– Ему платить непривычно, – ехидно заметил Генка и примирительно добавил: – Ладно, рисуй… Эх ты, Корова…

В отличие от папы маме сны снились каждую ночь. Она их все помнила и, когда приходила на работу, рассказывала. На работе у них вообще любили рассказывать сны.

Итак, приснилась маме большая площадь. На площади — множество народа. И все плачут. У каждого в руке платочек, и каждый платочком слезы вытирает.

— Что случилось? — спрашивает мама.

Никто не отвечает. Тишина на площади.

— Слушайте реквием по Харитону! — объявляют по радио.

Мама понимает: скончался какой-то Харитон.

— Кто такой? — спрашивает она.

И вдруг слышит в ответ:

— Последний окунь! Мы никогда не забудем тебя, Харитон!

— Разве у окуней есть имя?

— Раньше не было. А когда их осталось всего пять, то всем имена дали: Платон, Антон, Агафон, Парамон. И вот последний — Харитон.

На площади появилась траурная процессия. Впереди несли венки. Затем открылся траурный митинг.

— Природа понесла большую утрату, — рыдая, говорили выступающие. — Окуней больше нет!

В числе провожающих Харитона в последний путь был и робот Яша.

— Почему все плачут? — спросил Яша. — Я вам создам окуня лучше прежнего. Механического!

Для создания таблицы нужно знать названия необходимых полей и тип данных в каждом из них. Решение об использовании полей того или иного типа обычно принимается при проектировании базы данных, причем каждое поле должно содержать определенный тип данных.

В таблицах Access можно использовать следующие типы полей.

? Текстовый. Применяется автоматически для всех новых полей. Максимальный размер этого поля равен 255 символам. Кроме текста в полях этого типа можно хранить числа, которые не используются в расчетах, например телефонные номера.

? Поле MEMO. Служит для хранения длинных текстов или форматированного текста.

? Числовой. Используется для хранения чисел, над которыми нужно выполнять расчеты. По умолчанию используются длинные целые числа, при необходимости выбрать другой способ хранения числа воспользуйтесь свойством Размер поля.

? Дата/Время. Поле для хранения даты или времени. При его выборе следует дополнительно указать его формат.

? Денежный. Вариант числового поля для хранения денежных значений.

? Счетчик. Это специальный вариант числового поля, которое служит для автоматической нумерации. При создании новой записи в это поле автоматически помещается новый порядковый номер, и его невозможно изменить или удалить. Это поле в основном используется в качестве ключа при создании связей между таблицами. Еще одна особенность счетчика – при удалении записи номера соседних записей не изменяются.

? Логический. Поле этого типа может иметь одно из двух значений: Да или Нет. В таблицах и формах это поле отображается в виде флажка.

? Поле объекта OLE. Используется для хранения документов различных типов – тексты, рисунки, таблицы, звук, видео и др.

? Гиперссылка. Служит для хранения ссылок на узлы Интернета, файлы на жестком диске или в локальной сети.

? Вложение. Применяется для хранения документов различных типов – тексты, рисунки, таблицы, звук, видео и др. Поля этого типа появились только в Access 2007; их рекомендуется использовать вместо полей объектов OLE.

? Мастер подстановок. После выбора этого поля будет запущен специальный Мастер постановок, с помощью которого можно связать это поле с другой таблицей или задать для него фиксированный набор значений, после чего поле в таблице будет представляться в виде раскрывающегося списка, из которого можно будет выбирать значения из связанной таблицы или вводить одно из фиксированных значений.

К 60-летию

Театр им. Маяковского, 1998 г.

В соавторстве с А. Митниковым

(На мотив песенки из к/ф "Еще раз про любовь")

Автор: Ваннах Михаил

Во времена моего детства большие надежды возлагались на кибернетику, лишь недавно утратившую статус "продажной девки империализма". В качестве иллюстрации потенциальной мощи этой науки в популярных журналах приводились переводы стихов, сочиненных компьютером. Стихи были… ну, на уровне тех, которые и поныне носят по редакциям районных газет непризнанные таланты. Но была надежда, что скоро их качество резко повысится.

О том, может ли это произойти, спорили на страницах газет представители кланов "физиков" и "лириков". Смешно, но тиражи тех газет были побольше, чем у нынешних описаний альковных кувырканий поп-звезд. Да, наука была в большем почете… Даже в промышленности за кандидатский диплом доплачивали к жалованию пятьдесят рублей, за докторский - сто. Это в те времена, когда большинство населения СССР и четвертака-то не видело!

Правда, потом, по мере роста оплаты неквалифицированного труда (не предусмотренного ни одним классиком марксизма, кстати), престиж науки слабел. А уж в "проклятые девяностые" можно было наблюдать анекдотичные картины: докторант, "за пять минут" до защиты, уходил на железную дорогу бригадиром электромехаников автоматики, блокировки и связи, тщательно скрывая от коллег факт наличия у него кандидатской степени…

Но в двухтысячные, при наведении некоторого порядка в госмашине и некотором достатке в экономике, престиж - если не науки, то ученой степени - несколько возрос. И на улицах губернских городов появились изобильные объявления, предлагающие помощь в написании не только дипломных работ, но даже кандидатских. Занимаются этим, похоже, подлинные люди ренессанса, разносторонние таланты - ведь помогать берутся аж по всем дисциплинам. Но вот всегда интриговало - а где же будут печататься те, кто прибегает к услугам столь явно рыночных помощников? Ведь нужны публикации в рецензируемых журналах. А эта сфера - вроде бы за рамками товарно-денежных отношений…

Оказалось - нет. Есть люди в изобильной соловьями русской провинции, создавшие "Журнал научных публикаций аспирантов и докторантов" (ЖНПАиД), который отличает от аналогичных научных изданий "…широкая тематика принимаемых публикаций, охватывающая все без исключения научные специальности"[www.jurnal.org/obra.php.]. Все без исключения научные специальности - круто! А кто там говорит, что Гумбольдт был последним энциклопедистом? Нытики, маловеры… В российской провинции можно и помочь написать диссертацию и опубликовать отрецензированную статью по любой специальности. Неужели здесь, "в уголке, укрытом от ветра и государства", самозародилась экономика знаний?

Увы, оказалось, что нет. И выяснить это помог компьютерный синтез текстов. Началось все с того, что группа студентов Массачусетского технологического, желая проверить качество рецензирования, создала генератор наукообразных текстов SCIgen. И вот группа научных журналистов и ученых из газеты "Троицкий вариант" взяла один из порожденных генератором текстов, перетолмачила на русский с помощью программы ЭТАП-3, разработанной Лабораторией компьютерной лингвистики Института проблем передачи информации РАН, и, уплатив маленькую денежку, что-то четыре с половиной тысячи рублей, опубликовала его в вышеуказанном ЖНПАиД как сочиненный М. С. Жуковым "Корчеватель: алгоритм типичной унификации точек доступа и избыточности"[www.jurnal.org/articles/2008/art.php?art=radio14.htm. Сейчас статья с сайта ЖНПАиД исчезла, но в кэше Гугла есть. Перлы из нее - в www.scientific.ru:80/trv/2008/013/korchevatel.html.]. Доктор биологических наук Михаил Гельфанд, бывший, похоже, инициатором этой затеи, превзошел по тесту Тьюринга зарубежных ученых. Тем иногда удавалось внушить обывателям, что они беседуют с человеком. Здесь же за ученого человека приняли компьютер высокоученые и, видимо, из компьютерной сферы рецензенты, оценившие абракадабру как высокоактуальную работу отличной научной новизны.[Рецензия приведена на www.scientific.ru/trv/2008/013/korchevatel_review.html. ]Очень хотелось бы знать их имена и степени… Говорить о научной новизне текста, где "…эффективное пространство оптического диска мобильных телефонов было разделено пополам для лучшей оценки средней латентности использованных компьютеров типа desktop", может только очень забавный человек!

Публикация активно обсуждалась в Сети и, что интересно, возымела действие в офлайновой жизни. 17 октября президиум Высшей аттестационной комиссии Министерства образования и науки Российской Федерации исключил "Журнал…" "из Перечня ведущих рецензируемых научных журналов и изданий, в которых должны быть опубликованы основные научные результаты диссертаций на соискание ученых степеней доктора и кандидата наук"[vak.ed.gov.ru/ru/news/allnews/index.php?id4=1163.]. Порушился мирный круг честных рецензентов. Не такими уж беспомощными оказались настоящие ученые и не такой бессильной научная общественность. Во всяком случае, для сохранения денег налогоплательщиков (а зачем нужны полученные таким путем степени, как не для получения государственных доплат?) они сделали в данном случае больше, чем пресловутые правоохранители.